Право на здоровье и право на снижение вреда от табака

Введение

Обсуждение прав человека в сфере контроля над табаком долгое время оставалось недостаточно развитым. Вопросы прав человека были упущены при разработке международного договора — Рамочной конвенции по борьбе против табака (FCTC). Любое последующее развитие вопросов прав человека было сосредоточено главным образом на обосновании стратегий контроля спроса и предложения, отдавая приоритет обязательствам государств защищать людей как от табачных изделий, так и от табачной индустрии. Дискурс о правах человека в сфере контроля над табаком не затрагивал вопрос права на здоровье и свободы человека предпринимать позитивные шаги для защиты собственного здоровья.

Международный пакт об экономических, социальных и культурных правах подтверждает, что каждый имеет право на наивысший достижимый уровень физического и психического здоровья. Комитет по экономическим, социальным и культурным правам развил это положение, установив, что право распоряжаться своим здоровьем и телом требует «разнообразных учреждений, товаров, услуг и условий, необходимых для реализации наивысшего достижимого уровня здоровья».[i]

Следовательно, участники FCTC обязаны обеспечить, чтобы они не препятствовали курильщикам и потребителям опасных табачных изделий для перорального употребления в доступе к более безопасным альтернативам. Они также должны предпринимать активные шаги для обеспечения доступности более безопасных альтернатив. Право распоряжаться своим здоровьем и телом лежит в основе снижения вреда от табака.

В этом аналитическом документе подчёркивается важность формирования нарратива о праве на здоровье и праве на снижение вреда, а также указываются возможности для отстаивания прав человека. В нём утверждается, что международное право в области прав человека поддерживает снижение вреда от табака.

Система Организации Объединённых Наций основана на правах человека

Ряд конвенций по правам человека и других документов, принятых с 1945 года, сформировал влиятельный корпус международного права в области прав человека. Обязательства по международному праву являются обязательными для стран, согласившихся их соблюдать. Это означает, что, подписывая международную конвенцию, правительство страны должно выполнить все требования договора. Права человека — это не только вопрос убеждений, но и практические действия, которые могут улучшить жизнь людей.

В 1946 году эти принципы были конкретизированы применительно к здоровью с учреждением Всемирной организации здравоохранения (ВОЗ). Преамбула к Уставу ВОЗ [ii] признана первым закреплением права на здоровье в международном праве. В ней говорится:

«Обладание наивысшим достижимым уровнем здоровья является одним из основных прав каждого человека без различия расы, религии, политических убеждений, экономического или социального положения.[…]»

а также:

«Распространение на все народы благ медицинских, психологических и связанных с ними знаний имеет важнейшее значение для полного достижения
здоровья.[…]»

Принцип права на здоровье был включён в Международный пакт об экономических, социальных и культурных правах (ICESCR) 1966 года.[iii] 171 страна согласилась быть связанной этим договором; их перечень приведён здесь.[iv] Статья 12 закрепляет право каждого на «наивысший достижимый уровень физического и психического здоровья». Пакт гласит, что государства-участники (страны, присоединившиеся к нему) должны предпринимать меры в отношении «предупреждения, лечения и контроля эпидемических, эндемических, профессиональных и других заболеваний». Пункт 1(b) статьи 15 Пакта также гласит, что каждый имеет право «пользоваться результатами научного прогресса».

Аналогичные формулировки закреплены во многих региональных договорах, национальных конституциях и законодательстве о правах человека. Например, Европейская социальная хартия 1965 года гласит, что «каждый имеет право пользоваться любыми мерами, позволяющими ему достичь наивысшего возможного уровня здоровья».[v] Статья 11 требует от государств принимать меры по профилактике заболеваний и поощрять личную ответственность в вопросах здоровья. Кроме того, статья 35 Хартии Европейского союза (EU) об основных правах 2000 года предусматривает, что высокий уровень защиты здоровья человека должен обеспечиваться при определении и осуществлении всех политик и мероприятий Союза.[vi] Каждое государство ратифицировало хотя бы один международный договор по правам человека, признающий право на здоровье.[vii]

Отсутствие правозащитной основы в FCTC

Рамочная конвенция по борьбе против табака (FCTC) 2005 года является первым международным договором в области здравоохранения под эгидой ВОЗ.[viii]

Статья 1(d) FCTC гласит:

«„Контроль над табаком“ означает комплекс стратегий сокращения предложения, спроса и вреда, направленных на улучшение здоровья населения путём исключения или сокращения потребления табачных изделий и воздействия табачного дыма». [выделено нами]

В преамбуле содержится ссылка на статью 12 International Covenant on Economic, Social and Cultural Rights,[ix] а также на ранее упомянутую преамбулу к Конституции ВОЗ. Однако, хотя в ней подчёркивается значение прав человека, это не договор о правах человека, и правозащитная основа не была включена в текст. В ходе переговоров вопросам прав человека уделялось мало внимания, и ни один делегат или НПО, участвовавшие в процессе, не поднимали этот вопрос.[x] Вместо этого договор основан на темах взаимозависимости национальных государств, а также национальных и глобальных экономических интересов и интересов общественного здравоохранения.[xi] В то время интересы в области прав человека продвигались табачной промышленностью (которая утверждала, что контроль над табаком ущемляет личную автономию и права человека), тогда как в сфере борьбы против табака не существовало сопоставимого дискурса о правах человека.

Права человека и контроль над табаком — свобода от и свобода для

Хотя этот вопрос в основном остаётся недостаточно разработанным, когда права человека в контексте контроля над табаком всё же обсуждались, внимание уделялось обязанности государства защищать людей от нарушения их прав третьими сторонами и, следовательно, необходимости для государств эффективно регулировать табачную промышленность, чтобы сократить негативное воздействие табака.[xii] Иными словами, этот аспект контроля над табаком сосредоточен на мерах, призванных препятствовать потреблению табака, защищать людей от вредного воздействия табака (включая окружающих), защищать людей от табачной промышленности и защищать детей. Таким образом, он охватывает компоненты контроля над табаком, связанные со спросом и предложением. Это можно назвать позицией «свободы от».

Сюда относится свобода работать в среде, не загрязнённой дымом других людей, или свобода от воздействия рекламы сигарет, которые курят. Это пример негативной свободы,[xiii] определяемой как свобода от внешних ограничений и влияния. Ни стороны РКБТ, ни Секретариат РКБТ, ни немногие наблюдатели не развили принципы прав человека, относящиеся к третьему элементу контроля над табаком: снижению вреда.[xiv]

Стремление к наивысшему уровню здоровья и защита общественного здоровья также включают предоставление людям возможности защищать себя. Это можно назвать позицией «свободы для». Она включает право распоряжаться своим здоровьем и телом — например, сексуальные и репродуктивные права.[xv] В данном контексте для человека, употребляющего табак, это включало бы свободу выбирать более безопасные альтернативы сигаретам, которые курят, или опасным оральным табачным изделиям. На сегодняшний день при реализации РКБТ игнорировалось то, что известно как позитивная свобода,[xvi] определяемая как обладание возможностями и ресурсами для реализации собственного потенциала.

Подход, основанный на правах и сочетающий элементы «свободы для» и «свободы от», лежит в основе значительной части подходов в области общественного здравоохранения. Комитет Организации Объединённых Наций (ООН) по экономическим, социальным и культурным правам подтверждает закреплённую в МПЭСКП обязанность государств поддерживать людей в принятии осознанных решений о своём здоровье, добавляя, что право распоряжаться своим здоровьем и телом требует «разнообразных учреждений, товаров, услуг и условий, необходимых для реализации наивысшего достижимого уровня здоровья».[xvii] Этот подход использует язык расширения прав и возможностей и создания условий, а также признаёт людей ключевым ресурсом для здоровья.

В преамбуле к Конституции ВОЗ говорится, что «осведомлённое мнение и активное сотрудничество общественности имеют первостепенное значение для улучшения здоровья народа». Одним из ключевых документов для понимания модели общественного здравоохранения, основанной на правах человека, является Ottawa Charter for Health Promotion, принятая ВОЗ в 1986 году.[xviii] «Право на здоровье, основанное на расширении прав и возможностей», также рассматривается в анализе ВОЗ социальных детерминант здоровья.[xix] Эти идеи были проигнорированы в РКБТ, а впоследствии — ВОЗ в её рекомендациях по контролю над табаком. Исключительное обращение к негативной свободе в дискурсе о правах человека в сфере контроля над табаком крайне необычно для общественного здравоохранения, что делает РКБТ исключением с точки зрения её подхода.

Этот ограниченный подход не позволяет использовать значительные возможности для улучшения общественного здоровья, возникающие благодаря тому, что людям предоставляется возможность самостоятельно контролировать своё здоровье посредством выбора, который они делают для себя.

Снижение вреда от ВИЧ/СПИДа в рамках права на здоровье

Важное и крайне актуальное исключение возникло с появлением ВИЧ/СПИДа в середине 1980-х годов. В тот период контроль над наркотиками рассматривался через призму запретов, профилактики и воздержания; во многих странах это остаётся актуальным и сегодня.

Однако общественный активизм в сфере СПИДа, возглавляемый геями и секс-работниками, быстро набрал силу, поскольку призывы к воздержанию от любой сексуальной активности были признаны неэтичными, нереалистичными и неуместными. Вместо этого, сосредоточившись на поощрении более безопасного секса посредством использования презервативов, движение позволило людям существенно снизить собственный риск заражения ВИЧ. Примерно тогда же возникла идея более безопасного употребления наркотиков, или снижения вреда от наркотиков, поскольку люди предпринимали действия для ограничения распространения ВИЧ среди тех, кто употреблял наркотики инъекционно.

Поначалу ВОЗ и Управление ООН по наркотикам и преступности (УНП ООН) активно выступали против снижения вреда от наркотиков. Более того, УНП ООН запретило использовать слова «снижение вреда» под давлением Соединённых Штатов. В 1998 году ООН заявила: «Мир без наркотиков: мы можем этого добиться». Это перекликается с РКБТ 2005 года, предполагающей создание мира без табака на основе принуждения и контроля.

С начала 2000-х годов правозащитные организации, включая Human Rights Watch и International Harm Reduction Association (ныне Harm Reduction International), проводили кампанию за признание снижения вреда фундаментальным аспектом права на здоровье. Они сотрудничали со специальными докладчиками ООН по вопросу о праве на здоровье. В 2008 году тогдашний специальный докладчик Пол Хант изложил принципы Human Rights, Health and Harm Reduction.[xx] Его преемник Ананд Гровер изложил принципы подхода к контролю над наркотиками, основанного на охране здоровья, в докладе Генеральной Ассамблее ООН в августе 2010 года.[xxi] В нём говорилось, что «осуществление права на здоровье всех людей, употребляющих наркотики — и зависимых от наркотиков, — применимо независимо от факта употребления ими наркотиков».

В докладе Гровера утверждалось, что такие меры, как заместительная терапия опиатами и обмен игл, имеют основополагающее значение для защиты здоровья потребителей наркотиков. Его главная рекомендация Генеральной Ассамблее ООН состояла в том, чтобы государства-члены «обеспечили, чтобы все меры по снижению вреда […] были доступны людям, употребляющим наркотики».

Судебное разбирательство

Как и для людей, употребляющих наркотики, осуществление права на здоровье всех людей, употребляющих табак и никотин, применимо независимо от факта употребления ими табака и никотина. Наличие и доступ к более безопасным никотиновым продуктам — или снижение вреда от табака — имеют основополагающее значение для защиты здоровья потребителей табака и никотина.

Этот аргумент использовала базирующаяся в Великобритании адвокационная организация New Nicotine Alliance (NNA). В ЕС продажа снюса незаконна, за исключением Швеции, несмотря на обширные научные исследования, демонстрирующие, что он значительно безопаснее табака, который курят. Данные из Швеции и Норвегии указывают на то, что употребление снюса помогает защищать отдельных людей и население от рисков, связанных с курением табака.

В 2017 году Swedish Match — производитель снюса — инициировала дело против запрета, которое рассматривалось в Европейском суде (ECJ). Высокий суд Великобритании разрешил NNA присоединиться к делу в качестве независимого третьего участника.[xxii] Судебная позиция NNA в ECJ основывалась на правах.[xxiii] Она утверждала, что запрет на продажу снюса противоречит Хартии ЕС об основных правах,[xxiv] в частности, что он нарушает:

Статью 1, Человеческое достоинство, поскольку запрет на снюс причиняет ненужные страдания и приводит к тяжёлым заболеваниям;

Статью 7, Уважение частной и семейной жизни, поскольку запрет представляет собой необоснованное вмешательство в личный выбор; и

Статья 35, Здравоохранение, которая предусматривает обеспечение высокого уровня охраны здоровья в политике и деятельности ЕС.

В своём представлении NNA утверждала, что требование ЕС относительно охраны здоровья следует толковать не только как защиту от потенциально опасных продуктов и видов деятельности, но и как предоставление людям возможности защищать себя, помогая им делать более здоровый выбор — выбор, который помогает им избегать ухудшения здоровья. Запрет ЕС на снюс был основан на предположении, что людей необходимо защищать от этого вещества. Данные из Швеции и Норвегии показали, что снюс позволяет людям защитить себя от курения, поэтому NNA утверждала, что люди по всей Европе имеют право на доступ к нему.

Дело Swedish Match оказалось безуспешным, однако дело NNA является предвестником исков, связанных с правом на здоровье, которые могут быть поданы в других странах.

Система ООН по периодическому обзору прогресса стран в области прав человека

Организации гражданского общества могут использовать систему ООН Универсального периодического обзора, которая анализирует ситуацию с правами человека во всех государствах — членах ООН.[xxv] Под эгидой Совета ООН по правам человека ситуация с правами человека в странах рассматривается каждые пять лет. Этот механизм предназначен для улучшения положения в области прав человека в каждой стране, а процесс включает оценку соблюдения государствами прав человека и рассмотрение нарушений прав человека.

Система Универсального периодического обзора (УПО) позволяет всем заинтересованным сторонам, включая НПО и организации гражданского общества, представлять материалы. «Теневые доклады» — это параллельный УПО процесс, в рамках которого неправительственные организации представляют взгляды гражданского общества, чтобы либо дополнить, либо предложить альтернативную информацию по сравнению с материалами, которые правительства должны представлять в рамках системы УПО. И O’Neill Institute for National and Global Health Law, и Campaign for Tobacco Free Kids использовали этот процесс в ходе Универсального периодического обзора, проведённого в 2008 году в Бразилии, чтобы утверждать, что неспособность бразильского правительства запретить курение в общественных местах, а также рекламу, продвижение и спонсорство нарушала его обязательства по МПЭСКП уважать, защищать и осуществлять право на здоровье.[xxvi] На сайте O’Neill Institute размещено руководство по подготовке теневых докладов, связанных с табаком.[xxvii]

Процесс УПО использовался для оспаривания недостаточного прогресса во внедрении снижения вреда от наркотиков и нарушений прав человека в отношении людей, употребляющих наркотики. Примеры материалов, представленных Harm Reduction International для Универсальных периодических обзоров по наркополитике, доступны на их сайте.[xxviii] International Drug Policy Consortium, Harm Reduction International, Bridging the Gaps и PITCH (Partnership to Inspire, Transform and Connect The HIV response) опубликовали руководство Making the Universal Periodic Review work for people who use drugs, основанное на опыте, полученном этими организациями при участии в УПО в период 2008–2017 годов.[xxix] Однако этот процесс ещё не использовался для отстаивания доступа к более безопасным никотиновым продуктам.

Заключение

При разработке РКБТ не уделялось должного внимания вопросам прав человека, а последующее обсуждение прав человека и употребления никотина оставалось недостаточно развитым. Последующий дискурс о правах человека и табаке был в основном сосредоточен на защите. Это создаёт дисбаланс, поскольку вопросы прав человека используются главным образом для обоснования мер по снижению спроса и предложения, направленных на защиту людей от употребления табака и табачной индустрии.

Пренебрежение правом на здоровье как основой контроля над табаком сопровождается пренебрежением снижением вреда. Поэтому огромный ресурс для перемен — возможность для людей взять заботу о своём здоровье в собственные руки, перейдя на более безопасные никотиновые продукты, — систематически подрывался.

Право на здоровье лежит в основе права на снижение вреда от табака.

Включение снижения вреда в повестку контроля над табаком и его продвижение как вопроса права на здоровье должны осуществляться адвокационными организациями, представляющими людей, которых непосредственно затрагивает его отсутствие, — тех, кто употребляет никотин.

Внутри стран необходимо изучить возможности для подачи исков на основании международного, регионального и национального законодательства, а также национальных конституций, чтобы обосновать снижение вреда от табака правом на здоровье. На международном уровне пренебрежение снижением вреда от табака и подходом, основанным на позитивных правах, при осуществлении РКБТ должно быть оспорено государствами-участниками, присутствующими на проводимой раз в два года Конференции Сторон.

Для получения дополнительной информации о работе Global State of Tobacco Harm Reduction или вопросах, поднятых в этом аналитическом документе GSTHR, свяжитесь с нами по адресу [email protected]

О нас: Knowledge·Action·Change (K·A·C) продвигает снижение вреда как ключевую стратегию общественного здравоохранения, основанную на правах человека. Команда имеет более сорока лет опыта работы в области снижения вреда, связанной с употреблением наркотиков, ВИЧ, курением, сексуальным здоровьем и тюрьмами. K·A·C реализует проект Global State of Tobacco Harm Reduction (GSTHR) , который отслеживает развитие снижения вреда от табака, употребление, доступность и меры регулирования в отношении более безопасных никотиновых продуктов, а также распространённость курения и связанную с ним смертность более чем в 200 странах и регионах мира. Все публикации и актуальные данные доступны на сайте https://gsthr.org

Наше финансирование: проект GSTHR реализуется при поддержке гранта от Foundation for a Smoke-Free World — независимой глобальной некоммерческой организации США категории 501(c)(3). В соответствии с условиями грантового соглашения проект и его материалы редакционно независимы от Foundation.

[i] Организация Объединённых Наций, Экономический и Социальный Совет, «Существенные вопросы, возникающие при осуществлении Международного пакта об экономических, социальных и культурных правах. Замечание общего порядка № 14, пункт 37» (Комитет по экономическим, социальным и культурным правам, Женева, 2000), https://docstore.ohchr.org/SelfServices/FilesHandler.ashx?enc=4slQ6QSmlBEDzFEovLCuW1AVC1NkPsgUedPlF1vfPMJ2c7ey6PAz2qaojTzDJmC0y%2B9t%2BsAtGDNzdEqA6SuP2r0w%2F6sVBGTpvTSCbiOr4XVFTqhQY65auTFbQRPWNDxL

[ii] ВОЗ, «Устав Всемирной организации здравоохранения» (1946), https://www.who.int/about/governance/constitution.

[iii] УВКПЧ, «Международный пакт об экономических, социальных и культурных правах» (1966), https://www.ohchr.org/en/instruments-mechanisms/instruments/international-covenant-economic-social-and-cultural-rights.

[iv] УВКПЧ, «Интерактивная панель статуса ратификации», Управление Верховного комиссара ООН по правам человека, дата обращения: 31 мая 2022 года, https://indicators.ohchr.org/.

[v] Совет Европы, «Европейская социальная хартия (ETS No. 035)», Treaty Office, 26 февраля 1965 г., https://www.coe.int/en/web/conventions/full-list?module=treaty-detail&treatynum=035.

[vi] «Хартия основных прав Европейского союза», 326 OJ C § (2012), http://data.europa.eu/eli/treaty/char_2012/oj/eng.

[vii] OHCHR, «Право на здоровье», информационный бюллетень № 31 (Управление Верховного комиссара Организации Объединенных Наций по правам человека и Всемирная организация здравоохранения, 1 июня 2008 г.), https://www.ohchr.org/en/publications/fact-sheets/fact-sheet-no-31-right-health#:~:text=The%20Fact%20Sheet%20explains%20what,international%20accountability%20and%20monitoring%20mechanisms.

[viii] Всемирная организация здравоохранения, «Рамочная конвенция ВОЗ по борьбе против табака» (2005), https://fctc.who.int/who-fctc/overview.

[ix] OHCHR, Международный пакт об экономических, социальных и культурных правах. https://www.ohchr.org/en/instruments-mechanisms/instruments/international-covenant-economic-social-and-cultural-rights.

[x] Allyn Taylor и Alisha McCarthy, «Права человека в истоках FCTC», в Human Rights and Tobacco Control, под ред. Marie Elske Gispen, Brigit Toebes и Edward Elgar Publishing, Elgar Studies in Health and the Law Series (Нортгемптон: Edward Elgar Publishing, 2020), 158–71, https://www.elgaronline.com/view/edcoll/9781788974813/9781788974813.00018.xml.

[xi] Там же.

[xii] Oscar Cabrera и Andrés Constantin, «Борьба против табака в международном праве прав человека», в Human Rights and Tobacco Control, под ред. Marie Elske Gispen, Brigit Toebes и Edward Elgar Publishing, Elgar Studies in Health and the Law Series (Нортгемптон: Edward Elgar Publishing, 2020), 45–62, https://www.elgaronline.com/view/edcoll/9781788974813/9781788974813.00012.xml.

[xiii] Isaiah Berlin, «Две концепции свободы», в Four Essays on Liberty (Oxford University Press, 1969), 118–72, https://cactus.dixie.edu/green/B_Readings/I_Berlin%20Two%20Concpets%20of%20Liberty.pdf.

[xiv] Редким исключением является Benjamin Mason Meier и Donna Shelley, «Четвертая опора Рамочной конвенции по борьбе против табака: снижение вреда и международное право человека на здоровье», Public Health Reports 121, № 5 (2006): 494–500.

[xv] Всемирная организация здравоохранения, «Права человека и здоровье», ВОЗ, 29 декабря 2017 г., https://www.who.int/news-room/fact-sheets/detail/human-rights-and-health.

[xvi] Там же.

[xvii] Организация Объединенных Наций, Экономический и Социальный Совет, «Существенные вопросы, возникающие при осуществлении Международного пакта об экономических, социальных и культурных правах. Замечание общего порядка № 14, пункт 37».

[xviii] Всемирная организация здравоохранения, «Первая международная конференция по укреплению здоровья, Оттава, 21 ноября 1986 г.», дата обращения: 31 мая 2022 г., https://www.who.int/teams/health-promotion/enhanced-wellbeing/first-global-conference.

[xix] Всемирная организация здравоохранения, «Концептуальная основа действий в отношении социальных детерминант здоровья», 13 июля 2010 г., https://www.who.int/publications-detail-redirect/9789241500852. Дискуссионный документ 2 (Политика и практика).

[xx] Выступление профессора Paul Hunt. Специальный докладчик ООН по вопросу о праве на наивысший достижимый уровень здоровья, «Права человека, здоровье и снижение вреда» (Harm Reduction 2008: 19-я международная конференция IHRA, Барселона, 2008), https://www.tni.org/files/publication-downloads/hunt.pdf.

[xxi] Anand Grover, «Доклад Специального докладчика о праве каждого человека на наивысший достижимый уровень физического и психического здоровья», Human Rights and Drugs (Организация Объединенных Наций, 2010), https://www.hr-dp.org/contents/1052.

[xxii] «NNA оспаривает запрет на снюс», New Nicotine Alliance UK, дата обращения: 31 мая 2022 г., https://nnalliance.org/nna-challenges-the-ban-on-snus.

[xxiii] New Nicotine Alliance, «Представление New Nicotine Alliance в Европейский суд», 2017 г., https://nnalliance.org/images/NNA_submission_to_European_Court_of_Justice_2017.pdf.

[xxiv] Хартия основных прав Европейского союза.

[xxv] Совет ООН по правам человека, «Универсальный периодический обзор», OHCHR, дата обращения: 31 мая 2022 г., https://www.ohchr.org/en/hr-bodies/upr/upr-main.

[xxvi] O’Neill Institute for National and Global Health Law, «Альтернативный доклад к периодическому докладу правительства Бразилии: предотвращение и сокращение употребления табака в Бразилии: нерешенные задачи» (Организация Объединенных Наций, 2009), https://oneill.law.georgetown.edu/wp-content/uploads/2009/06/2009-05_Shadow-Report-Brazil.pdf.

[xxvii] «Руководство по подготовке альтернативных докладов, связанных с табаком, для органов ООН по правам человека» (O’Neill Institute for National and Global Health Law, 2012), https://oneill.law.georgetown.edu/wp-content/uploads/2012/06/FIC-ONeill-shadow_reporting_guide_ENG.pdf.

[xxviii] «Представления Harm Reduction International для Универсального периодического обзора ООН — Китай и Малайзия», Harm Reduction International, 2018, https://www.hri.global/contents/1875.

[xxix] «Как сделать Универсальный периодический обзор эффективным для людей, употребляющих наркотики» (The International Drug Policy Consortium, Harm Reduction International, Bridging the Gaps и PITCH (Partnership to Inspire, Transform and Connect The HIV response), 2019), http://fileserver.idpc.net/library/PITCH_Making_UPR_Work_PUD.pdf